Переход к новой экономической политике и интенсивное развитие товарного оборота определили специфику всех организационно-правовых форм хозяйствования и соответствующих им правовых институтов. Имущественный оборот в условиях многоукладности по своей структуре состоял из государственного планового оборота (где преобладали методы централизованного регулирования); государственного товарного оборота (где взаимоотношения между государственными предприятиями строились на договорной основе); частного товарно-потребительского (мелкие товаропроизводители и потребители); частного капиталистического оборота.

В условиях переходного периода плановые и товарные элементы тесно переплетались. С этим была связана двойственность правового положения хозяйственных субъектов. Имущественный фонд предприятия, его деятельность, связи с другими предприятиями оказывались подчиненными действию двух правовых режимов — автономного (частноправового), поскольку предприятие участвовало в товарном обороте и находилось под воздействием товарно-хозяйственных регуляторов, и регулируемого (публично-правовою), поскольку оно входило в систему планового хозяйства и подчинялось воздействию плановых органов.

С переходом к нэпу вновь стал актуальным вопрос о правовой форме хозяйственных предприятий. Перед законодателем встали проблемы, ранее ему не известные: определить четкие правовые рамки деятельности частных предприятий, установить правовые нормы взаимодействия государственной, кооперативной и частной промышленности; разработать правовую базу для государственных предприятий, которая позволила бы им наиболее эффективно действовать в условиях рыночной конъюнктуры. Сторонники рыночной системы заявляли: «Нэп требует решительного, единого, централизованного законодательства, направленного ценой уступок интересам частных лиц и буржуазной идеологии на развитие производительных сил страны. В отношении гражданского права это означает восстановление основных положений гражданского законодательства, действующего в западноевропейских государствах».